Три последних самодержца

Грингмут рассказывал, как вчера он был у Плеве. Плеве ему прочел целую лекцию, что в России теперь 4 вопроса, разработка и урегулирование которых всего более важна: 1-й вопрос — это крестьянский, 2-й — еврейский, 3-й — учебный и только 4-м стоит у Плеве рабочий вопрос. Когда Грингмут его спросил, как предположено для крестьянского вопроса насчет совещаний — каким образом будут туда приглашаться люди и кто их будет выбирать, — Плеве отвечал, что явилось изменение, что этих людей будут избирать губернаторы, чтобы не повторилось то, что было в губернских сельских комитетах. Эта мысль не Плеве, она была высказана «Гражданином», но Плеве про это не упомянул. Плеве хвалил Грингмуту крестьянский проект, написанный Гурко (проект этот состоит в том, чтобы устроить Россию так, чтобы каждая деревня являлась волостью, а теперь в волости несколько деревень, чтобы главным начальником над волостями был земский начальник).

Мещерский говорил Грингмуту, что все в Министерстве внутренних дел делается спешно, ни с кем не посоветуются, а потом приходится поправлять, делать вставки. Насчет последних дневников Мещерского оказывается — про все, что у него напечатано в последних дневниках (от 7-го числа), что теперь безвластье, он говорил царю. От царя он был у Плеве, свою беседу с царем ему передал — вот теперь и понятно, почему этот дневник сошел безнаказанно Мещерскому. Мнение Грингмута таково, что Гурко оседлал Плеве, что он заверил Плеве, что надо поддерживать земство, чтобы быть популярным. Гурко ярый поклонник земства. Вот почему Шипов (Москва) и Петрункевич (Тверь) безнаказанно ведут свою антиправительственную пропаганду.